Дорога дальняя, казенный дом [= Олигарх и амазонка ] - Владимир Колычев

Олимпия могла признать, что секс — это не самое скучное занятие на свете. Но терять голову из-за этого, идти на безрассудство — такие чудеса не про нее. Да и нет ничего особенного у кобелей вроде Алика. Ей что с кем-нибудь из них, что с Алтыновым — ощущения будут примерно одинаковыми. А раз так, то из двух зол нужно выбирать самое безопасное. Понятное дело, что она выбирает Алтынова. С ним кучеряво, Алик же и даром ей не нужен…

Единственный мужчина, с кем бы она сейчас хотела покувыркаться в постели, был Вадим. Хотела бы она сейчас остаться с ним наедине. Хотела, но вряд ли бы воспользовалась этой возможностью… Вадим — это взрыв восторга. Но это и опасность… Алтынов считает себя в долгу перед ним, но вряд ли он простит Олимпию, если она вдруг согрешит со своим бывшим мужем… Она хотела Вадима и раньше. Но и тогда голова у нее была на месте. Не зря же она сделала ставку на Алтынова… Да, неплохо бы оказаться с Вадимом в той же Ай-Напе на Кипре, ходить по дому голышом и отдаваться ему каждый раз, когда он того захочет. Но уж лучше оставаться с Иваном Александровичем. С ним Олимпия чувствует себя царицей, с Вадимом такого не будет…

Олимпия и рада была бы его забыть. Но не забывала. И Алтынову дополнительное спасибо — не давал ей забывать о своем сынке. Вадим в Чечне, Вадим в госпитале… Вадим — герой!.. Он восхищался своим сыном. Но в то же время даже в госпиталь к нему не съездил. Матери его денег дал, чтобы она слетала к нему, и посылки ему слал от ее имени… А надо было бы и Анжелу к Вадиму отправить. Олимпия могла бы об этом позаботиться. Иван Александрович был бы доволен, если бы она устроила его судьбу. Олимпия уже пыталась свести Анжелу с Вадимом, само собой, из благих побуждений. Но потом махнула рукой. Завидно вдруг стало. И вообще путь все будет как будет… Да и некогда ей хлопотать. У самой забот полон рот. Сына Алтынову рожала, себя в норму после родов приводила — салоны, фитнесы, все такое…

Вадим сейчас в военном санатории — проходит реабилитационный курс после госпиталя. Скоро домой должен вернуться. Комиссовали. Но вернется ли. Он же парень с характером, потому и в армию ушел… Хорошо, если не вернется. Не нужно ей искушение под боком. Ведь с ним действительно хорошо в постели как ни с кем другим. А она все-таки женщина, иногда так захочется, что и страх перед Алтыновым как рукой снимает… Да, лучше пусть он будет далеко-далеко, так спокойней — и ей, и самому Алтынову…

Олимпия задумалась. И зазевалась. Она ехала за рулем своего «Порше» и чуть было не наехала на старика, переходившего дорогу на пешеходном переходе. Дедушка старый, ему все равно… Но ей-то в тюрьму неохота…

— Козел старый! — выругалась она.

И рассмеялась — звонко, но на нервной почве… Задави она трех стариков сразу, никакая тюрьма бы ей не светила. Пока с ней Алтынов, в этом городе ей ничего не грозит… Но все же лучше было бы обойтись без эксцессов.

Олимпия проехала несколько сот метров и остановила машину возле небольшого кафе. Курить она бросила еще до родов. Но иногда подпирало. Страшно стало, что человека могла сбить — рука сама к сигарете потянулась. Но в сумочке пусто. Зато есть деньги, чтобы купить любимый «Vogue».

Едва она вышла из машины, как рядом остановился джип с Денисом за рулем. Они пользовались разным транспортом — так захотела она, в угоду Алтынову. Вряд ли ему доставляла бы удовольствие мысль, что его женщина ездит в одной машине с молодым и, надо сказать, интересным мужчиной… Денис был классным парнем, но он не курил. В принципе можно было отправить его самого в кафе за сигаретами. Но Олимпия уже сама шла в нужном направлении. Легче самой все сделать. И быстрей…

Она зашла в пустующее кафе, подошла к барной стойке. Не будет французской отравы, возьмет что-нибудь другое. Лишь бы поскорее. Очень хотелось курить. Прямо наваждение какое-то… Из дверей подсобки вынырнула симпатичная девушка и с ходу заняла место за стойкой.

— Я вас слушаю, — мило, но при этом отстраненно улыбнулась она.

Олимпия узнала ее.

— Анжела?!

— Вы угадали… — На губах все та же улыбка.

— Ты что, не узнаешь меня?

— Тебя трудно не узнать…

— И тебе все равно, я это или не я?.. — чуточку обиженно протянула Олимпия.

— Нет, конечно, не все равно. Я очень рада, но я на работе…

— В баре работаешь?

— Нет. Бармена сейчас нет. Но если нужно, я за него…

— Тогда мне пачку сигарет… И… — Олимпия вдруг поняла, что никуда не торопится. В кафе уютно, пахнет кофейными зернами и коньяком — приятное сочетание. — Кофе мне свари. И рюмку коньяку…

Анжела молча кивнула и принялась выполнять заказ.

— Как у тебя с Вадимом? — закуривая, с показной небрежностью спросила Олимпия.

— Никак… Ты обманула. Он не говорил тебе, что хочет вернуться ко мне…

— Не говорил. Ты была у него?

— Да…

— И что? Ты ждешь его?

Олимпия была бы рада сообщить Алтынову, что Вадим передан в надежные руки. Но самолюбие не хотело, чтобы Вадим любил Анжелу. Подсознательно она хотела, чтобы он любил только ее одну…

— Ждала… А потом встретила. В госпитале. Я к мужу ехала, а встретила его. Ирония судьбы… Злая ирония… Максим на боевом выходе на мине подорвался, обе ноги ампутированы…

— Значит, ты все-таки с Вадимом, — решила Олимпия.

— Кто тебе такое сказал? — не без возмущения глянула на нее Анжела.

— А зачем тебе калека?..

Только сейчас Олимпия догадалась глянуть на ее правую руку. Заметила обручальное кольцо.

— Вы что, с Вадимом уже и расписались? — недовольно поморщилась она.

— Нет, я замужем за Максимом. Ничего не изменилось… А Вадим в прошлом…

Было видно, что Анжеле не хочется говорить на эту тему. Но Олимпия не собиралась заканчивать разговор.

— Значит, ты ему больше не нужна, — сделала она очередной вывод, который так же вызвал у Анжелы удивление.

— Нет, нужна… И я хочу быть с ним… Но нам пришлось расстаться. Я так захотела…

— Кого ты грузишь? — недоверчиво усмехнулась Олимпия. — Ты прогнала здорового Вадима, потому что жить не можешь без калеки, так? И кто тебе поверит…

— Нет, это Максим не может без меня. Я ему очень нужна…

— А он — тебе?

— Я не могу его бросить…

— Не понимаю…

— В том-то и дело, что ты этого понять не можешь. Ты привыкла… — Анжела замолчала, взглядом уткнувшись в бокал, в который наливала коньяк.

— Ну чего ты замолкла, продолжай! — потребовала Олимпия.

— Ты привыкла менять мужчин как перчатки…

— Рыба ищет, где глубже, человек, где лучше…

— Но ведь не в деньгах счастье…

— А в их количестве…